ГРАЖДАНСКОЕ ОБЩЕСТВО

Бритва Карбалевича и отечественный Буридан

| 20.02.2013

Уильям Оккам и Жан Буридан были современниками. Первый придумал бритву, а второй осла.

Бритва Оккама — это принцип, согласно которому при наличии нескольких объяснений одного и того же явления следует принимать простейшее и отбрасывать сложное. Если вы можете объяснить некое явление естественными причинами, незачем привлекать сверхъестественные. Этот принцип стал основополагающим для естественных наук. Если вращение планет объясняется гравитацией, не нужно искать демона или ангела, который гонял бы их по эллиптическим орбитам. Этот же принцип используется в криминалистике. Если у вас пропал кошелек, сначала поищите его там, где могли потерять, а не требуйте ареста всех, кто попал в поле вашего зрения в этот момент. Бритва Оккама очень хорошо работает в науке , когда приходится выбирать между простым объяснением и сложным. А если у вас есть два простых и убедительных объяснения? Или два сложных одинаковой убедительности?

Вот тут возникает осел, придуманный Жаном Буриданом. Буридан утверждал, как истинный схоласт, что у вас нет возможности выбрать одну из двух одинаковых вещей. Буриданов осел, оказавшись на равном расстоянии между двумя одинаковыми охапками сена, умирает от голода, не будучи в силах предпочесть одну из них и сделать шаг в сторону одной из охапок. Понятно, что люди не ослы. Да и реальные ослы ничего про принцип Буридана не знают, поэтому живут и размножаются. Так то ослы!

С людьми сложнее. Особенно, когда нужно сделать не индивидуальный выбор, а коллективный. Вот Беларусь — мы никак не можем сделать выбор между Востоком и Западом!  Но я не об этом.

Определение и самоопределение

Я сам остановился перед выбором: отвечать мне Валерию Карбалевичу (http://www.svaboda.org/content/article/24903346.html) или промолчать? Почти как буриданов осел. И трудность выбора состоит в том, что я не мог понять, кто я, когда читаю это статью Валерия Ивановича. Я — общественный деятель, предлагающий план гражданскому обществу Беларуси или интеллектуал и аналитик, много знающий о гражданском обществе Беларуси и его планах? Собственно, охапки сена, перед которыми я остановился, — это мое двойственное (даже больше — множественное) самоопределение. Если я политик и общественный лидер, мне следовало бы промолчать. Так уж принято у беларусских политиков: они почти никогда не отвечают на критику в свой адрес. Думаю, что зря, но так уж принято. Если я аналитик и интеллектуал, почти как сам Карбалевич, то отвечать следует, ибо интеллектуалы только тем и заняты, что спорят друг с другом.

Но как отвечать интеллектуалу Карбалевичу, если его критика в мой адрес не выдерживает никакой критики по моим меркам? Карбалевич считает, что гражданское общество — это совокупность, или система, НГО. Я же так не считаю. Но ведь я сказал о том, что такое гражданское общество раньше Карбалевича, а он со мной не согласился. Теперь, отвечая ему, выражая несогласие с ним, я должен повторить сказанное мною ранее? Глупо! Получится сказка про белого бычка, бесконечное повторение одного и того же: я говорю «А», Карбалевич говорит «Б», я ему снова отвечаю «А», он снова «Б». И кому это надо? Мне не надо. Я же знаю, что такое гражданское общество. И Карбалевичу не надо: он тоже знает. И люди, которые читают меня и читают Карбалевича, тоже знают. Но что читающие нас люди знают? Во-первых, они знают, что такое гражданское общество, и могут знать про него, что оно — это «А» или «Б», или нечто еще: «В, Г, Д, …». Во-вторых, они знают, что про это знает Карбалевич. В-третьих, они знают, что про это знаю я.

Слова и дела

И что они будут делать со всем этим знанием? Зачем оно им нужно? Послушают нас люди, почитают читатели и — забудут. Или назовут нас схоластами (правда, не такими, каковыми были Оккам и Буридан; они были настоящими схоластами, интеллектуалами и философами своего времени), людьми, занятыми пустыми рассуждениями. Но я не занимаюсь пустыми рассуждениями и не хочу, чтобы обо мне так думали. А ввязавшись в спор с Карбалевичем об определении понятия «гражданское общество», я точно стану похож на схоласта в самом дурном значении этого слова. Но я не могу и промолчать, не могу не отвечать Карбалевичу, поскольку он меня задел. Но чем задел? Вовсе не тем, что он понимает гражданское общество не так, как я его понимаю. Пусть понимает, как хочет. Он задел меня не определением понятия, а характеристикой моего действия, моей деятельности. Я создаю и развиваю гражданское общество в Беларуси, а не даю ему определения! Мне, разумеется, нужно знать о том, что я создаю и развиваю, иначе как же я могу это создавать и развивать? Мне нужно рассказать о том, что я создаю и развиваю другим, ведь я не могу один создать и развить гражданское общество! Ведь это ОБЩЕство, значит общее дело, а не только мое. Вот я и говорю о деле. А о чем говорит Карбалевич? И он говорит о МОЁМ деле. О моем говорит, а сам он что делает?

Что делает Карбалевич? Не побоюсь предположить, что он на это ответит: «Ничего не делаю! Просто пишу то, что думаю». А вот с этим я никак не могу согласиться. Он не просто пишет, он дискредитирует то, что я делаю! Но это я так думаю, а он с этим не согласится, скорее всего.

Вот на это и приходится отвечать! Одни люди нечто делают, делают словами и изложением мыслей, в том числе. А другие просто говорят. Но своим говорением как-то влияют на то, что делают другие. Как влияют? Очень просто: они характеризуют критикуемое действие не как действие, а как говорение.

Вот, например: «Зразумела, Мацкевіч можа сказаць, як у той знакамітай прыпавесці пра мышэй і ката: мая функцыя палягае ў тым, каб вылучаць добрую ідэю, а яе канкрэтная рэалізацыя — гэта не мая справа. Тым не менш пытанне ўзнікае: як маргінальныя структуры, якія знаходзяцца ў грамадска-палітычным гета, могуць арганізаваць страйк, паралізаваць уладу і навязаць ёй круглы стол? І без адказу на яго шмат хто можа палічыць Мацкевіча не вельмі сур’ёзным чалавекам. А гэта шкада, бо я асабіста лічу яго выбітным інтэлектуалам. Але, здаецца, цяпер ён узяўся не за сваю справу, палез у палітыку». Что же тем самым говорит Карбалевич? Разверну по пунктам:

1. Карбалевич говорит, что Мацкевич не делает, не создает и не развивает гражданское общество, он дает советы («функцыя палягае ў тым, каб вылучаць добрую ідэю, а яе канкрэтная рэалізацыя — гэта не мая справа»). Но ведь это не так! Я реализую то, что говорю. Создавал и развиваю «ЕвроБеларусь». Создавал и развиваю Национальную платформу, которую придумал в 2009 году (вылучыў добрую ідэю). Да, я сначала придумал идею. Рассказал о ней своим коллегам по «ЕвроБеларуси». Их эта идея увлекла, они распространили ее шире — среди делегатов первого Форума гражданского общества Восточного партнерства. Беларусская делегация приехала в Брюссель реализовать именно эту идею. С этой задумкой были несогласны брюссельские чиновники и сопротивлялись ей. Беларусы смогли доказать необходимость реализации этой идеи, переломить сопротивление чиновников и реализовали ее. Идея была подхвачена в реализации другими делегациями.

Теперь Национальные платформы созданы во всех шести странах Восточного партнерства, и во всех они разные. Разные потому, что их развивают по разным планам и программам. Мою первоначальную идею теперь реализуют другие люди. Но делает ли это меня похожим на того кота (в той версии этого анекдота, которую я знаю, речь идет о филине), каковым меня пытается выставить Карбалевич? Нет. Потому, что моя идея оказалась жизнеспособной, она реализуется. И реализуется людьми, которые захотели меня понять, чего не скажешь про Карбалевича. Да, многие мои идеи я реализую руками других людей, ведь я даже в Брюссель на Форум не ездил, поскольку меня редко приглашают в Европу, а я и не рвусь. Но в этом и заключается одна из функций лидера: вдохновить других людей на реализацию своей идеи. Так что, не прав тут Валерий Иванович Карбалевич!

2. В Беларуси я предлагаю свой план, свою программу. Знает ли об этом Карбалевич, когда критикует мой план? Конечно, знает («Які ж план у Мацкевіча? А вось які: …»)! И что же, он критикует мой план? Нет! Он говорит: «Уладзімір Мацкевіч, які абвясціў сябе лідэрам грамадзянскай супольнасці Беларусі, апошнім часам рэгулярна з’яўляецца ў медыях. І з гледзішча тэхналогіі, гэта правільна, бо ва ўмовах Беларусі, калі грамадска-палітычнага жыцця няма, адзіная пляцоўка, дзе асоба, якая прэтэндуе на лідэрства, можа заявіць пра сябе, — гэта сродкі масавай інфармацыі». Планы и программы реализуются не в средствах массовой информации. Зачем же Карбалевич говорит так? Да еще усиливает: «Таму, на жаль, у выпадку з Уладзімірам Мацкевічам мы маем справу з палкаводцам без войска».

Вот как! А как же «ЕвроБеларусь» и входящие в нее организации и люди? Их разве нет? Разве не они создали Национальную платформу и развивают ее вместе со мной! Они гораздо реже появляются в СМИ чем я, наверное, поэтому Карбалевич о них не знает. Ведь он судит о том, что происходит в стране по информации из СМИ, где сам и работает. Я же работаю в гуще гражданского общества. Но не того, о котором пишет Карбалевич, а того, которое способно реализовать планы и программы, мои планы и программы, которые согласуются с активистами гражданского общества и становятся общими. Так что и о чем знает Карбалевич? О том, что гражданское общество Беларуси бурно развивается, он точно не знает.

3. Как можно не знать, не видеть того, что бурно развивается? Очень просто: нужно смотреть не туда, а в другую сторону. Карбалевич не видит развития гражданского общества именно потому, что у него есть свое определение-дефиниция, и он видит только то, что подпадает под эту дефиницию. А значит, не видит ничего в реальности! «На Захадзе грамадзянская супольнасць — гэта цэлая сістэма арганізацый, якія з’яўляюцца пасярэднікамі паміж грамадзянамі і ўладай, прадстаўляюць інтарэсы грамадства, выносяць іх на ўзровень дзяржаўных інстытутаў. … Увогуле трэба прызнаць, што грамадзянскай супольнасці ў тым сэнсе, як яе разумеюць на Захадзе, у Беларусі няма». Ох, уж мне эти «интеллектуалы»! Ничего-то у них нет. Чего ни спросишь, ничего в Беларуси нет, поскольку они знают, как на Западе, смотрят и не видят того, что есть на Западе. А подумать самим? Карбалевич дальше говорит: «Але самае галоўнае нават не ў гэтых тэарэтычных спрэчках». А что, он ведет со мной теоретический спор? Да нет же! Он обсуждает меня как лидера гражданского общества, а не теоретика: «Але самае галоўнае нават не ў гэтых тэарэтычных спрэчках. Лідэр — гэта чалавек, які кажа: я ведаю, што трэба рабіць, у мяне ёсць план, стратэгія, сцэнар, ідзіце за мною. Які ж план у Мацкевіча?». Про план я уже сказал, а теперь скажу про теорию.

4. Мне, как практику, как лидеру, как политику, очень нужна теория. Ведь известно, что нет ничего практичнее хорошей теории. Но что такое хорошая теория? Это точная теория. Есть разные теории гражданского общества. Карбалевич не предъявил ни одной. То, что он сказал, — это просто мнение. Мнение человека, который, наверное, много знает. Но теории он не предъявил. Более того, я вынужден порой сам создавать теории, которыми руководствуюсь в своей практике. Вот и теорию гражданского общества в Беларуси мне пришлось создавать. Она опубликована в нескольких книгах  (http://methodology.by/?cat=52, http://eurobelarus.info/library/).

Карбалевич мог бы эти книги знать, некоторые я сам ему дарил. Но теоретическая работа сложна. Для нее нужно находить специальное время. Карбалевич мог бы найти, но зачем, он ведь руководствуется «бритвой», но не Оккама, а своей собственной. Теория сложна, поэтому, если уж выбирать из двух объяснений (одно обывательско-распространенное, а другое теоретическое), то нужно выбрать простейшее и не множить сущностей без надобности. «Бритва Карбалевича» используется очень многими «аналитиками» в нашей стране. Они всегда отбрасывают сложные объяснения, выбирая простейшие. Отождествление НГО с гражданским обществом — распространенное заблуждение, но это простейший ответ на вопрос: «Что такое гражданское общество?». Не рассуждая можно ответить на него, указав пальцем на НГО-шку какую-нибудь и сказать: «Вот оно!». Карбалевич — как-никак, интеллектуал, и просто так он не может, поэтому ищет определение. Но ищет не напрягаясь, не вникая в суть дела, не различая форму и содержание. Да многого не различая! Того, что НГО — это только инфраструктура для существования гражданского общества, а не само гражданское общество. Не различая этапов становления и развития, страновых и цивилизационных условий. Гражданское общество за время своего существования прошло несколько стадий, принимало разные формы, разные во времени и разные в разных странах Европы. НГО — это исторически последняя форма существования гражданского общества, которую придумали для контроля государством активности граждан. Кроме того, в Беларусь, как и в других постсоветских странах, форма НГО привнесена достаточно искусственно, она не очень отвечает нашим условиям. Но это большой и отдельный разговор. В моих книгах об этом можно прочитать, но разве ж Карбалевичу это надо?

5. А что ему надо? Зачем он сделал то, что сделал? Вот тут пригодится Буридан с его ослом. Собственно, Карбалевич, никак не затрагивая сам «план Мацкевича», делает одну простую вещь! В Беларуси сейчас дискутируется вопрос направления развития гражданского общества и политической оппозиции. Страна (не вся, разумеется, а та ее часть, которая против существующего в стране режима) выбирает образ действия на ближайший период. Есть разные предложения и «план Мацкевича» — одно из таких предложений. Есть хорошие предложения и есть «так себе». Естественно, я считаю свое предложение самым лучшим. А как иначе, если бы я видел нечто получше, то не стал бы выдвигать своего. Ну или если бы меня «назначили лидером», как некоторых руководителей партий, и вменили бы в обязанность делать предложения, то я выбрал бы самое лучшее на свой взгляд и выдвинул бы его от своего имени. Так вот, я считаю свое предложение самым лучшим и продвигаю его в СМИ. Это-то Карбалевичу очень хорошо видно: «Уладзімір Мацкевіч, які абвясціў сябе лідэрам грамадзянскай супольнасці Беларусі, апошнім часам рэгулярна з’яўляецца ў медыях. І з гледзішча тэхналогіі гэта правільна, бо ва ўмовах Беларусі, калі грамадска-палітычнага жыцця няма, адзіная пляцоўка, дзе асоба, якая прэтэндуе на лідэрства, можа заявіць пра сябе, — гэта сродкі масавай інфармацыі». Не просто видно, но у Карбалевича на это есть объяснение: такова технология! Что это значит? Технология — это значит, что появление в СМИ проплачено! Нет, Карбалевич прямо этого не говорит, но подчеркивает технологичность, а не то, что само предложение или «план Мацкевича» может представлять для СМИ самостоятельный интерес. Вот сам Карбалевич ведет передачу на «Радыё Свабода», часто меня в нее приглашает обсудить разные темы, но ни разу не предложил обсудить «план Мацкевича». Он готов мириться со мной как с «интеллектуалом», но не как с политиком и лидером. Пусть уж Мацкевич будет «самопровозглашенным лидером». Но это Карбалевич и его радиостанция. Вот интервью в одной газете, в другой — с этим надо считаться. И Карбалевичу, как аналитику, тоже надо считаться. Считаться с «планом» и считаться с Мацкевичем, автором плана и реализатором. Ну, с реализатором разобрались быстро: басню про «кота» см. выше. С автором разбираться не стали, потому что «галоўнае нават не ў гэтых тэарэтычных спрэчках». Но с «планом» надо разобраться. И вот Карбалевич ставит читателей в буриданову позицию: говорит, что выбирать не из чего, все политические планы плохие, это и так понятно, и у Мацкевича план такой же! Зачем выбирать из плохих альтернатив? Люди не подчиняются принципу буриданова осла, если выбирают между двумя хорошими альтернативами. Они протягивают руку и берут «сено». Но между плохими альтернативами люди не выбирают. Просто отказываются от выбора.

Проблема выбора

Почему беларусы никак не сделают геополитический выбор между Востоком и Западом? Потому что из двух зол лучше не выбирать ни одного. А почему беларусы не сделают выбор между Лукашенко и Милинкевичем? Потому что в 2006 году нужно было сначала выбрать из двух «плохих»: Милинкевича и Козулина. А зачем выбирать плохое?

Сейчас есть только одна озвученная стратегия. Один план, и это «план Мацкевича». Другие предложения сводятся к тому, чтобы оставить все, как есть. И вот Карбалевич вам рассказывает, что «Тлумачэнне, якое Уладзімір Мацкевіч дае гэтаму прадмету, нейкае цмянае і размытае». Не надо выбирать «план Мацкевича», он так же плох, как «план Бородача» или что там сегодня еще вам предлагают! Не выбирайте, встаньте перед любым выбором буридановым ослом и умрите при этом режиме!

Ну а если Мацкевич, Бородач или еще кто-то начнут активно предлагать, продвигать в СМИ, агитировать, звать, то пользуйтесь «бритвой Карбалевича»: отсекайте все сложное, не вдавайтесь в теоретические споры, не думайте об уместности или неуместности своих мнений! Не думайте! А уж простых объяснений полным-полно! Если сами не придумаете, то «интеллектуалы» вам всегда помогут!

Впервые опубликовано на сайте EuroBelarus.Info